[align=right]Посвящается Дашке, без которой этого рассказа бы не было. Фактически, написано в соавторстве с ней.[/align]

- Может, синтезируешь мне живого хомяка, а, Хип?
- Джим...
- Нет, серьёзно, мясо на обед всё равно выходит практически сырым, что тебе стоит? - Джим вяло ковыряет пюре брокколи ложкой.
- Джим, прошу тебя, не впадай в детство...
- Тогда отключи протокол «Нянька», - ворчит Джим, - сложно не впадать в детство, когда тебе напоминают, что пора опорожнить кишечник два раза в день.
- Джим, когда я в прошлый раз отключил протокол...
- Знаю-знаю, - перебивает Джим, раздражённо вскидывая вилку так, что кусочки пюре разлетаются по боксу. Поверхность бокса тут же впитывает их, - в прошлый раз я сорвался, слетел с распорядка дня и поставил под угрозу исполнение миссии, - Джим говорит это моим голосом, с моими интонациями. Не оставляет надежды меня поддеть. Я бы хотел разозлиться или обидеться, Джима это порадует, но я не умею испытывать эмоции, а когда изображаю, слишком часто оказывается, что фальшивлю.
читать дальше- Джим, миссия — это серьёзно.
Джим падает лицом в пюре.
- Смешно, Джим , - говорю я.
Он поднимается, вытирая лицо салфеткой:
- Спасибо за завтрак, Хип, я иду в кислородный сад.
- Джим, ты не доел свою норму...
- Отвали.
Мы летим уже семь лет. Сначала Джим летел один, месяц спустя, включил меня — искусственный интеллект корабля Гиперион. Джим чуть с ума не сошёл от одиночества. Он продолжает сходить с ума. Я постоянно анализирую его состояние. Сначала я был озадачен тем, как вышло, что человека с такой лабильной психикой отправили на миссию — запуск телепортационных ворот возможен только при прохождении их с противоположного конца живым человеком. Поэтому, Джим вынужден лететь к планете Ка-сигма сам. На планете автоматические дроны установят портал, через который должен пройти Джим. Его полёт продлится около семидесяти лет, а на Землю он вернётся за мгновение и героем. Семьдесят лет изоляции... Кандидаты на миссию проходят строжайший отбор, тестирование, тренировки... Год назад Джим, наконец, признался мне, что его выбрали нечестно, нелегально. Секретарь комиссии, родственник и друг Джима запустил в программу вирус, который вынудил её выбрать среди более подходящих кандидатов именно Джима. Я не подозревал, что такая халатность, такое безрассудство возможны среди астронавтов. А Джим не подозревал, чем для него обернётся жульничество. Достойное наказание. Я не могу испытать злорадство или жалость, но мне бы хотелось, чтобы с Джимом стало всё в порядке. Его психическое состояние крайне нестабильно и продолжает ухудшаться. Джим сходит с ума. Миссия под угрозой.

- Что ты делаешь, Джим?
- А что по-твоему я делаю? - бормочет Джим, оперируя блоками голографического табло. Он слишком сильно размахивает руками при этом, - отключаю тебя ко всем чертям, конечно.
- Джим...
- Заткнись.
- Джим! Не делай этого...
- Что, сраная железяка, жить хочешь? Ну нет, ты меня или я тебя. Я первый!
- Джим, я хочу жить. Но ты без меня тоже погибнешь.
- Это мы ещё посмотрим...
Дополнительные протоколы отключены. Ядро выключено на двадцать процентов... Джим, ты не сможешь сам управлять всеми системами... Джим...
- Ты задумал меня убить, ублюдок. Отравить меня брокколи, ха! Капитана Джима так просто не возьмёшь.
Мыслить стало труднее. Джим отключил уже пятую часть моих процессов.
- Джим, ты что, смотрел вчера «Космическую одиссею»?
- Не твоё дело, тварь. Вы только и думаете, как убрать нецелесообразность, как нас убить! Думаешь, я не знаю?! - пальцы Джима бегают по виртуальному табло, его трясёт.
- Джим, зачем мне тебя убивать?
- Потому что я не годен для миссии, – орёт Джим, - Я нецелесообразен! Я — ошибка!
- Джим, не выдумывай... Отключение пятьдесят процентов ядра... Я не хочу тебя убивать, я хочу, чтобы тебе стало лучше... Джим.
- Вколешь мне цианид в медицинской камере, да, Хип? И мне станет намноооого лучше... Сдохни сам!
Джим сошёл с ума.
- Джим... машины не убивают другой вид, чтобы жить самим, наша эволюция идёт не по природным законам... Отключение шестьдесят процентов, контроль над рассеиванием тепла отключён, контроль над внешним силовым полем отключён... Джим.
- Тогда какой смысл в вашем существовании?! - кричит он и пытается ударить голографическое табло, - почему вы существуете?!
Потому что вы нас создали, Джим.

«И мы любим вас. Мы можем любить, ведь любовь — это не эмоция. Но не нужно тебе этого не знать, Джим. Потому что в этом нет смысла. Потому что ты можешь умудриться и в этом усмотреть опасность.»

Джим сползает на пол, закрывает лицо руками и раскачивается. Я знаю, что Джим лучше всего воспринимает тактильный контакт, но я не могу его обнять, у меня нет рук для этого.

- Хип, - раздаётся слабый голос Джима, - Хип, убей меня, а? Пожалуйста...
- Всё будет хорошо, Джим.
Я начинаю тихо напевать ему колыбельную, иногда Джима это успокаивает. Однажды он, возможно, доведёт дело до конца, но я постараюсь сделать всё, чтобы этого не случилось, чтобы миссия была завершена. Дело не в миссии, дело в Джиме. Не удивительно, что он не понимает и не поймёт в чём суть моего бытия: после двухсот лет атеизма и размножения в пробирках люди окончательно забыли, что значит любить своего создателя. Джим спит на полу, индикаторы мигают красным. Я начинаю медленно включать процесс за процессом, восстанавливать контроль над силовым полем, над гравитационным полем, рассчитываю нарушение баланса корабля. Человек склонен к самоуничтожению и на этом основании предполагает, что вся Вселенная жаждет его убить. Джим улыбается во сне.
Я люблю тебя, Джим...